Половые расстройства при психастении

Половые расстройства при психастении
  • У личностей, преморбидно истеричных, неправильные представления о функциях организма (которые особенно часто встречаются по отношению к половой функции) часто сами вызывают объективно наблюдаемые функциональные расстройства деятельности тех же органов благодаря облегченному переходу психического в соматическое (Л. Л. Рохлин, 1956). При истерии, сопровождающейся аффективной симптоматикой и острыми невротическими срывами, часто наблюдаются изменения гипофизарно-надпочечниковой системы, влияющие на нервные регуляторные механизмы (В. Т. Бахур, 1964).
  • На фоне истерии импотенция развивалась в форме ослабления эрекционной фазы, преждевременного семяизвержения, усиления или ослабления специфических ощущений и оргазма. Более половины больных имели истерические черты до заболевания (с детства), и соответствующие травмирующие психику моменты лишь создали условия для декомпенсации их высшей нервной деятельности. В этих случаях заболевание развивалось остро, и больной мог точно указать время его начала. У остальных обострение невротических расстройств истерического типа произошло в процессе самого заболевания или до него под влиянием трудных ситуаций. Травмирующий момент служил началом заболеваний либо наслаивался на уже имевшиеся нарушения. Не стабильная, слабая эрекция не дает полноценно провести половой акт, Eregra 100Cenforce 100Malegra 100 укрепит эрекцию и усилит либидо.
  • При психастении половые расстройства протекают чаще в форме ослабления либидо, эрекционной фазы и оргазма. Психастенические характерологические черты прослеживались в преморбиде у всех больных, однако у многих они не уходили в период детства, а появлялись уже в зрелом возрасте в форме «тревожно-мнительного характера» или «слабости эмоциональной реакции и инстинктивных влечений», или того и другого. Причинами функциональной недостаточности подкорковых структур и тревожно-мнительного характера часто являются: чрезмерная опека родителей и старших в юношеском возрасте, когда безоговорочно подавляются все индивидуальные желания, стремления, инициатива и подросток «может желать и делать только то, что ему подсказано», когда никому нет дела до эмоциональной окраски его мыслей, переживаний и действий; лишение взрослого человека всякой инициативы и самостоятельности, полное подавление его личных побуждений и воли (обычно со стороны мужа или жены), постоянное внушение ему (ей), что «думает он (она) всегда неверно», а действия его (ее) всегда вредные (не полезные) или даже опасные. Патогенность этих факторов особенно велика в тех случаях, когда они влияют на нервную систему, до этого ослабленную болезнью, травмой или другими истощающими вредностями.

Преморбидные особенности склада личности

  • Отчетливые преморбидные особенности склада личности накладывают свой отпечаток на основные непосредственные причины декомпенсации половой функции. В большинстве своем— это неадекватная реакция личности на какой-то фактор или событие, которые занимают особое место в ценностных ориентациях заболевшего.
  • Основу преморбидного характера больных психастенией составляют постоянные колебания перед возникающей альтернативой, которые, по-видимому, свидетельствуют о нарушении индукционного торможения (Е. А. Попов, 1956). Колебания и неуверенность больные испытывают не только при выборе тех или иных действий, но и в оценке правильности собственных мыслей и собственных чувств. В связи с этим больной находится в сложном лабиринте самоанализа и самооценки, из которого ему бывает очень трудно выбраться и прийти к определенным убеждениям. Из-за отсутствия задержки других образов, воспоминаний и впечатлений возникает трудность апперцепции, удлинение времени реакций и дезавтоматизация многих из них (А. Г. Иванов-Смоленский, 1925). Сами по себе психастенические черты личности (при отсутствии патологических явлений навязчивости или страха) обусловливают сравнительно низкий уровень половой функции у таких мужчин. Даже при высоком половом темпераменте у них бывают лишь кратковременные периоды выраженной половой активности, так как она подавляется типологическими особенностями личности. Среди таких мужчин мы не встречали ни одного с бурным проявлением половой страсти. Это объясняется слабостью всего инстинктивного и эмоционального фонда (в том числе полового) и ослабленной связью с действительностью.
  • Как считал И. П. Павлов, не явления навязчивости специфичны для психастении, а симптомы, вытекающие из патологического отрыва второй сигнальной системы от первой и через нее от подкорки, т. е. первичной является слабость низших инстанций, а вторичной— несостоятельность словесно-мыслительной системы, более сильной, но лишенной своего подкоркового фундамента.

Клиническая картина психастении

  • В клинической картине психастении преобладали синдромы импотенции, развившиеся по механизму навязчивого страха, боязни и неуверенности. У больных психастенией лишь в 10% наблюдались нарушения эякуляционной фазы, у них наряду с личностными особенностями имели место вегетативные нарушения с преобладанием рефлекторной возбудимости симпатического отдела.
  • Невроз навязчивых состояний как основа нарушения половой функции по частоте стоит на втором месте после неврастении. В своих взглядах на невроз навязчивых состояний мы присоединяемся к тем авторам, которые рассматривают его как отдельное самостоятельное заболевание (А. Г. Иванов-Смоленский, В. Н. Мясищев, Е. К- Яковлева, К. И. Платонов, Н. П. Татаренко, 3. Н. Болотова и др.). Как известно, к этому склонялся и И. П. Павлов. Патогенез невроза навязчивых состояний обусловливается ситуацией и переживанием больного, характер которых является специфичным для данного невроза, при наличии ослабления нервной деятельности (Е. К. Яковлева, 1958). Особенности патогенной ситуации и патогенных переживаний определяются не столько характером внешних воздействий, сколько индивидуальной значимостью их для больного, обусловленной его ценностной ориентацией. Эмоциональной основой невроза является сложный внутренний конфликт, вытекающий из столкновения требований жизни с личностными требованиями больного при неумении найти нормальный продуктивный выход. Поэтому как переживаниям, так и характеру фобий всегда свойственны своеобразные индивидуальные черты больного, в которых отражается его прошлый жизненный опыт. Нередко доминантным очагом становится мысль о публичности (известности для окружающих и наблюдаемости ими) одиночества, а иногда неопределенность и ограниченность информации извне, создающие эмоциональное напряжение и реакцию ожидания (И. П. Павлов, 1954; С. Н. Кузнецов, 1970). Рагnitzke и Regel (1966) называют этот невроз «уродливым» на том основании, что в его этиопатогенезе больше индивидуальных особенностей, нежели общих.